"Правильным самолетом летите, товарищи"

Продолжаю вывешивать посты с тегом "Личное". А что, нельзя?))
В принципе, не мной одним замечено, что любое путешествие, каким бы оно ни было по своей продолжительности – с работы домой или из дома на край света – это всегда роман в романе, если под последним понимать жизнь в заданных рамках, обрамляющих существование каждого из нас.
Короче говоря, полетел я в Россию (не в Америку). Причем, как всегда, неожиданных ситуаций и достаточно ярких сцен, меня сопровождавших, было хоть пруд пруди. Но, поскольку с детства не испытываю страсти к жанру школьных сочинений, расскажу только об одном эпизоде, который произошел у меня в самолете компании "Трансаэро" в ночь с 14 по 15 ноября не помню уже какого года.
Еще в Израиле, но уже в очереди перед коротким диалогом с командой группы "битахон", заметил я одного сильно выпившего гражданина. Все его заметили. Ибо он орал что есть мочи в свою телефонную трубку, доказывая на двух плохих языках, как безобразен тот, с кем он разговаривает. Иврит он плохо знал по статусу, русский – в силу воспитания.
Я без претензий, но моментально понял: этот будет сидеть рядом со мной. Следующие учиненные им скандалы были у регистрационной стойки, затем на паспортном контроле, потом в "дьюти-фри", и наконец при входе на борт. Он неумолимо ко мне приближался, хотя до последнего момента я надеялся, что в последний момент судьба смилостивится надо мной. Но на этот раз она была неумолима.
Когда этот тип с дикой и, повторяю, очень и очень громкой руганью (уже в мой адрес) плюхнулся в соседнее кресло – я вдруг обнаружил, что раввин-учитель-моралист из меня получается только на уроках, а в практической жизни я так же слаб, как и большинство простых людей.
Т.е., никаких претензий, даже внутренних, у меня к нему не возникло, но я понял, что физически не могу сидеть от него одесную. Надо было встать и уйти в другой ряд – и я встал и пошел к стюардессе, которая (с третьей моей попытки объяснения) отправилась по салону искать для меня незанятое место.
Ага, не тут-то было – он побежал за мной вдогонку! И, догнав, начал допытываться, почему я дал дёру. Это его обижает. Он вроде не пьяный. На, понюхай. И еще он еврей. Чистопородный со всех боков (?); может хоть щас, хоть когда показать при всех теудат-зеуд или обрезание. Отвечай, почему ты, по виду ребе, от меня убежал?
Врать не буду, меня его тирада не вдохновила – и я отвернулся. Ну, сколько в нем может быть запалу? Ведь должен же устать от крика и скандалов. Но он явно не хотел уставать
Люди вокруг (они-то уже сидели на своих местах) с видимым удовольствием принялись ждать развития сюжета (пари заключить вряд ли успели – все развивалось слишком стремительно). Одним словом, аншлаг: "Картина маслом – пьяница и ребе".
Молчать было нельзя. Но что сказать-то?
На всех уроках всегда учу учеников, что людей нельзя обижать – ни при каких обстоятельствах, любых людей и даже самых плохих. Защищаться можно – обижать нет (об этом см. здесь, здесь и здесь). Но теперь требовалось каким-то вербальным образом объяснить свою позицию.
Представил себе, что весь этот фильм-комедия с моим участием записывается камерой и будет просмотрен учениками, что ходят на мои уроки. "О, сейчас посмотрим, как наш педагог на практике продемонстрирует теоретические положения своей доктрины".
Мы читаем в святых книгах: "Знай, перед Кем ты стоишь" в момент молитвы, и перед Кем встанешь в момент своего личного Суда. Каждую секунду жизни знай! Такое лично переживаемое ощущение должно помочь нам не совершить ошибки в любом событии.
А я, будучи матерым дидактиком, придумал другую подмену (по принципу системы Станиславского, известной в народе как сверх-задача). Мне видится, как эта сцена будет просмотрена моими учениками. А значит, надо выйти из нее с минимальными потерями.
Я вздохнул и по-русски объяснил пьяному самолетному агрессору: "Ну, и с кем ты связался? Посмотри, ровно через 600 лет мне будет звериное число, а ты молодой, здоровый, крутой и очень сильный человек. Ты на меня дунешь – и я улечу. Оно тебе надо?"
Он чуть-чуть подул, как бы пробуя предложенный способ, – и вернулся на место.
Правило простое: скажите что-нибудь нестандартное. Многие люди не умеют бороться с нестандартностью – и выходят из борьбы.
А научил меня этому приему лет 25 назад один раввин из Манчестера. В то время многие раввины приезжали к нам, московским отказникам, как клиентура фирмы "Интурист", но сбегали с экскурсий по третьяковским галереям, договаривались с нами о встрече и посещали тайные уроки Талмуда. Однажды я вез такого в переполненном автобусе от станции "Войковская", и там к моему раввину привязался подвыпивший пролетарий. Я уже считал, что драки не избежать. Как вдруг раввин с явным восхищением произнес в его адрес несколько русских прилагательных: сыльны, красывы, круты. И тот успокоился. – Согласитесь, трудно возразить на признание другими людьми твоего превосходства.
Вот и вся история. Мораль: стараемся перевести теоретические знания Торы в практическое поведение – и Всевышний нам тут же помогает.
А больше ничего значительного на этическую тему со мной в полете не произошло, хотя произошло много чего. Но я не любитель самолетных историй.
Не писать же, к примеру, о том, как 100 лет назад самолет, на котором я летел в Москву, кружил едва не час над Шереметьево, избавляюсь от горючего, поскольку пилоты не знали, что случилось с правым шасси, и собирались садиться "на живот".
Потом оказалось, что на том же самолете летел Гришковец, известный драматург, если не ошибаюсь. Помню, все дружно вопили "Шма Исраэль", пригнув голову к коленям. Но я писать об этом не буду. Заурядный эпизод. Ну, если не трогать тему – как умереть достойно (неонбс). Пока наша задача – как достойно прожить.

Нажимая на «Нравится» или «Поделиться ссылкой», вы выполняете заповедь распространения Торы!

blog comments powered by Disqus