Не открывай рот Сата́ну

 

Сегодня тема с уклоном в мистику (даано пора!), потому что многие считают, что от слов мало что зависит, а все зависит от дел – ну, кроме случая, когда само слово является делом. Я понятно выразился? Пример: человек чертыхнулся. Вроде, никакого тут дела нет. Но судя по практике, не надо было ему призывать чертей, т.е., беду на свою голову – или на чужую – потому что беда все равно начнет с его головы,

а ему это надо?
Балак сказал Биламу: "Пойди, прошу, прокляни мне этот народ, ибо он сильней меня".
Комментатор Ашла Акадош написал: не открывай рта Сатану (ситна-ахра) – потому что, даже если сказал не с намерением (просто так) – именно так и произойдет. Балак попросил: прокляни мне (на иврите звучит: прокляни меня), – так и случилось.
То же с Датаном и Авирамом. Помните таких персонажей? Грубиян сказал Нашему Учителю Моше: неужели хочешь меня убить, как убил египтянина? (Моше действительно за день до этого убил египтянина-антисемита именем Ашема и закопал тело в песок.) В конце концов так и произошло: погиб по своему слову – между землей и преисподней. Обратите внимание: тоже в песке!

 


**
Теория понятна. Не произносим ничего, что может, будучи реализованным, обернутся людям во вред. Например, с точки зрения Талмуда, никуда не годится фраза: "Надень калоши, а то промокнешь и заболеешь". Аналогично: "Смотри, не споткнись".
Вы думаете, я шучу? Если евреям дана сила молитвы – а мы ее произносим ртом и словами, то и сила нехороших слов (проклятия и т.п., нонбс) весьма велика в еврейском словарном арсенале.
И еще. Проклинающий еврея – получает проклятие, как написано в Берешит. Даже если проклинающий сам еврей, вот что страшно.
Вывод: внимательно смотрим за своей речью – чтобы (ндБ) ничего плохого из сказанного нами не случилось.
Две цитаты. (1) Кто призывает небесный суд на другого – сначала небесный суд разбирает его дела (Йеуда Ахасид). Правило: не проклинай никого. Ибо проклятия рано или поздно возвращаются на проклинающего. Так случило с царем Давидом, который проклинал Йоава, – и вернулись эти заклятия на детей Давида.
(2) Если один проклинает другого – на небе открывают дело и проверяют, полагается ли второму проклятье. Если не полагается – переворачивают ее на проклинающего и его детей (Меам-Лоэз). (При чем здесь дети, не спрашиваете, об этом говорено-переговорено).


**
Все, мой пост закончен. На сладкое остался маленький кусочек – для тех, кто любит посидеть над текстом Торы и позадавать вопросы.
Написано, что когда Лаван обвинил семью Яакова в том, что они, видите ли, украли его божков, Яаков ответил тестю (Берешит 31:32): "У кого найдешь своих божков, тот не будет жить".
Раши написал: это заклятие, клала.
Но почему Яаков был настолько уверен, что никто из его людей не украл лавановых идолов?
Ответ таков. У евреев женитьба совершается любым из двух актов: освящение женщины (кидушин, хупа и пр.) и физическая связь с ней. А у неевреев – только через связь.
А теперь вопрос: кем были первые евреи до получения Торы на Синае? Одно из двух: либо евреи, либо неевреи, логично?
Если семья Яакова – евреи, то первые кидушин были с Рахелью (Яаков договорился с Лаваном работать на нее семь лет, передав соответствующие подарки). Если они – неевреи, то никаких кидушин не было, а первая супружеская связь у Яакова была с Леей, в то время как Рахель – вторая жена, если судить по супружеской связи. И ничего в этом страшного не было, потому что неевреям разрешено жениться на двух сестрах. А евреям строго запрещено! Правда, тут работает маленькое дополнение: даже если Яаков и его семья неевреи, все же две жены-сестры разрешались ему за пределами Эрец Исраэль, но не в Израиле, где семья Авраама соблюдала все будущие законы Торы.
Рамбан пишет: по мнению мудрецов, Рахель умерла для того, чтобы Яаков не вошел в Эрец Исраэль с женами-сестрами. Но почему именно Рахель, а не Леа? В этом был вопрос Рамбана.
Ответ принадлежит ему же. Яаков был уверен, что они – евреи. А значит, никто ничего не украл! Ведь смысл в краже идолов был только один – чтобы "отменить" их, низвести с уровня объектов культа в состояние обычных деревяшек. Но есть правило, что еврей не может "отменить" идола, в том смысле, что его нельзя использовать даже после громогласного объявления, что идол – не больше, чем деревяшка. А вот нееврей может сделать такую "отмену" – и, сказав, что никакой силы в сих баклушах нет, например, сесть на них (как сделала Рахель), нанести тем самым ощутимый удар по гордости и самомнению баклуш.
Поэтому любой член семьи Яакова знал, что идолов "не переделаешь", их лучше вообще не брать – ибо пользы от них никакой, один вред.
Но Рахель полагала в отличие от мужа, что они – неевреи (с нетерпением ожидая Синайского откровения). Поэтому взяла отчих идолов, чтобы "отменить" их, лишив тем самым отца возможности им покланяться.
Но раз она полагала, что она с сестрой, мужем и детьми – неевреи, то получается, что она – вторая жена Яакова. Из двух жен надо убрать ту, которая лишняя, вторая. По мнению Яакова, второй была Леа, по мнению Рахели – она сама! Вот ее мнение и было учтено на небесах – Рахель умерла при входе в Страну.
Но это слишком высокий уровень размышлений. На самом простом – зря Яаков сказал про смерть неизвестного ему вора. Сказал – и потерял любимую жену. Он и весь наш народ вместе с ним.
С урока "Не открывай рот Сатану".

 

Нажимая на «Нравится» или «Поделиться ссылкой», вы выполняете заповедь распространения Торы!

blog comments powered by Disqus