Уважай своих родителей

На тему известной заповеди Торы, которая приведена в нашем недельном разделе (см. Дварим 5:6) – несколько историй из жизни наших мудрецов и праведников. (Хазон-Иш, адмор из Синявы и адмор из Цанз, адмор из Белз, раби Залмэле из Воложина, адмор из Сукачева и адмор из Бялы, что-то сегодня одни адморы.)

** **

Первая история – про Хазон-Иша.

Около 50 лет назад, чуть больше, приехал к нему один не очень пожилой человек. Как приехал? Денег доехать из Иерусалим в Бней-Брак у него не было. Долго собирал по знакомым – и наконец отправился в путь. Зачем? Оказывается, у него объявилась некая тяжелая болезнь. За брахой поехал.

Когда они разговаривали, Хазон-Иш спросил, живы ли его родители. Сказал, что живы.

"Они живут у себя дома или в доме престарелых?"

Ответил неуверенно.

Тут же Хазон-Иш задал новый вопрос: когда он их видел последний раз?

Оказалось, месяца 4 назад. (И это живя в одном городе!)

"А кто за ними ухаживает?"

"Есть у меня братья и сестры".

И тут Хазон-Иш вдруг спросил, сколько тот заплатил за автобус в Бней-Брак.

Тот ответил.

"А сколько ты дал родителям в последний раз при встрече?"

Оказалось, ничего не дал.

"Ой, – возмутился Хазон-Иш. – Смотри, ехать ко мне за брахой – об этом Тора ничего не говорит. А вот о том, что надо помогать родителям, говорит самым решительным образом".

И вынес вердикт:

"В Торе написано: "Уважай родителей, чтобы продлились твои дни". Тут указана прямая связь между уважением и сроками жизни. Поэтому вместо того, чтобы ездить ко мне, тебе надо поехать к родителям – и все усилии приложить там. Только тогда ты вылечишься от болезни. Почему? Потому, что так обещала Тора!"

** **

Вторая история – про рава Йехезкеля Шрагу Альберштейна, адмора из Синявы, сына раби Хаима из Цанз.

Ему по суду надо было рассмотреть дело, в котором участвовала одна вдова. Он тут же решил освежить память и приступил к изучению законов вдов. А для этого попросил габая синагоги принести ему с полки ту часть "Шульхан-Аруха", которая называется "Йорэ-Дэа".

Габай заметил в полголоса, что законы про вдов написаны в другой части "Шульхан-Аруха" – в "Эвен-Аэзер".

Но раби Йехезкель сказал, что он не ошибся. Ему по поводу этих законов надо проконсультироваться со своим отцом – раби Хаимом, – и поэтому он сначала хочет выучить законы уважения отца, которые приведены в части "Йорэ-Дэа".

** **

Дополнение ко второй истории.

Адмор из Синявы бы очень силен в "Шульхан-Арухе", обо всем имел свое обоснованное мнение, недаром о нем говорили, что он "Человек Шульхан-Аруха".

Тем не менее, он всегда советовался со своим отцом, пока тот жил.

Однажды сын приехал из своей Синявы, где был даяном, к отцу в Цанз – обсудить новое распоряжение последнего по поводу покупки у еврея земли в Эрец Исраэль, которая якобы разрешена даже в субботу. Для такого разрешения есть основание в Талмуде, но мудрецы последующих поколений запретили так поступать. Однако раби Хаим нашел некие поздние варианты с разрешением.

Сын выступил категорически против – т.е., он не согласился с мнением отца.

В пылу спора раби Хаим вспылил (таков у него был характер) и приказал сыну выйти из дома, прибавив, что запрещает тому переступать порог его дома.

Сын оказался в затруднении. Как он может выйти через дверь, если ему запрещено переступать порог?

И просить отца успокоиться тоже нельзя. Ибо в Талмуде сказано: не мирись с человеком, когда он в гневе. Дай гневу пройти.

Поэтому он тут же вышел через окно.

И не входил в дом, пока отец не простил его и не разрешил войти.

Так он выполнил заповедь уважения отца.

(Кстати, во время ученого спора с отцом он ни разу не поднял голос. Но крепко стоял на своем. В то время как отец – мало сказать, что говорил громко, его слышала вся улица.)

** **

Третья история – про раби Аарона, адмора из Белз.

После свадьбы – а дело было зимой – адмор тяжело заболел, и врачи запретили ему окунаться в микве. (Многие хасиды окунаются в микве ежедневно!)

Его отец, зная, насколько его сын свято соблюдает законы ритуальной чистоты, и, опасаясь, что он нарушит указание врачей, вызвал сына к себе и строго-настрого запретил – силой заповеди уважения родителей – окунаться в микве.

И сын покорно согласился.

Однажды слуга в доме увидел, как рано утром, еще до рассвета, когда на дворе стояла стужа, раби Аарон вышел из дома и пошел в сторону миквы. А через некоторое время вернулся.

Слуга удивился, ибо не мог себе представить, будто праведный раби Аарон нарушает запрет своего отца.

Но на следующее утро повторилось то же самое.

И вот, на третий день слуга встал пораньше и пошел в микву, чтобы спрятаться там внутри помещения.

Наконец пришел раби Аарон. Не зажигая света, разделся, потом спустился к воде, постоял на последней ступеньке, затем громко произнес: "Вот, я готов исполнить заповедь почитания отца и не окунаться в микве". После чего поднялся, оделся и ушел.

Так он принял на себя запрет отца. Но не хотел извлекать из него никакой выгоды: вот, мол, как хорошо, что отец мне запретил – не надо вставать рано утром, идти по морозу и снегу полчаса туда и обратно, не надо в холодном помещении миквы раздеваться, а потом одеваться.

Нет, он делал все эти действия – и только не окунался в микве – как приказал ему отец.

** **

Четвертая история (не много ли сегодня?) – про раби Залмана из Воложина.

Известно, что он никогда не говорил ни одного слова не о Торе. Т.е., вообще не говорил на тему своих физических потребностей – ни о еде, ни о других вещах.

И вдруг стало известно, что он попросил у одного своего знакомого денег в долг на пироги с медом.

Услышал об этом его друг, раби Биньямин Ривкаш из Шклова, и удивился. Не тому, что тот попросил денег, – все знали, что у него мало денег. А тому, что речь шла о еде!

Обратился рав Биньямин с этим вопросом к ребе Хаиму из Воложина, который был братом раби Залмана.

Тот объяснил: "Смотри, наша мама была очень обеспокоена здоровьем сына, который не вставал от стола с Торой – и мало ел. Исхудал так, что она забеспокоилась. Позвала к себе и сказала, что ему надо есть мед – например, в пирогах. Сын спросил – это приказ или совет? Она сказала, что приказ. Тогда он попросил учесть, что теперь ему придется учить закон об уважении к матери каждый раз перед тем, как он будет есть пирог с медом. Она все равно объявила – это приказ. С тех пор так и происходило – теперь он каждый раз учил эти законы, как только ему надо было приступить к пирогам с медом!"

Это было его обычаем: все, что он делал для исполнение мицвы, – предварительно перед этим он раскрывал "Шульхан-Арух".

Перед пирогами с медом он учил законы уважения матери – ибо тем самым он выполнял заповедь почитания матери.

(Кстати. Так поступал и Хазон-Иш. Перед тем, как пойти и сделать натилат-ядайим, омовение рук перед едой, он всегда повторял на память все законы на эту тему из "Шульхан-Аруха".)

** **

Пятая история – про адмора из Сукачева, сына адмора из Бялы.

Когда он был маленький, отец задал ему трудный вопрос по Торе. Мальчик моментально ответил, показав, что для него никакой трудности в том вопросе нет.

Отец объяснил ему, что он ошибся, – и легко ударил его ладонью по щеке, сказав, что это наказание: никогда не спеши отвечать моментально, но сначала подумай.

Потом отец пошел к себе, раскрыл все книги и увидал, что мальчик был прав, а он его ударил напрасно. Но не стал говорить об этом сыну – чтобы тот не возгордился.

Когда адмор из Бялы умирал и к нему приехал сын, адмор из Сукачева, уже очень известный талмудист, отец сказал ему, что нашел свою ошибку еще тогда. А сейчас просит извинить его за тот удар.

Сын ответил: "В тот момент, когда ты меня ударил, я знал, что я прав. Но смолчал, чтобы выполнить заповедь почитания отца. А простил я тебя в тот же момент".

** **

Все эти истории и многие другие приведены сорок тысяч лет назад на видео-уроке "Уважение к родителям". Ныне – в рамках того же недельного раздела "Ваэтханан" – вывешивается (но еще не вывешен) урок "Уступай людям". Тоже важная тема.

Нажимая на «Нравится» или «Поделиться ссылкой», вы выполняете заповедь распространения Торы!

blog comments powered by Disqus