Непедагогический прием

Герой рассказа – знаменитый талмудист, мудрец и праведник – раби Меир-Симха из Двинска (автор труда "Ор-Самэах"). Вот какую сцену с его участием увидел его ученик, рав Йосеф Саравский. Увидел и записал.

Пришел он однажды к раввину – и что обнаружил? Рав танцует в компании трех людей – мальчика лет пяти и его родителей.

Рав держит за руки ребенка и папу, а те держат за руки маму. И так ходят по кругу в кабинете рава, причем сам рав, человек давно не молодой, громко и радостно распевает какой-то нигун (традиционную мелодию). Ребенок и папа ему подпевают. Все, судя по лицам, счастливы, а больше всех доволен мальчик.

Реб Саравский спросил потом учителя, а в чем, собственно, дело. И тот с удовольствием рассказал ему, что тут случилось (надо полагать, рассказал уже после ухода своих танцующих посетителей).

Итак, на днях эти супруги пришли к нему получать гет, свидетельство о разводе. Вернее, сам документ должен был составить раввин – с согласия всех сторон, а муж должен был это письмо передать жене, после чего та становилась разведенной женщиной. Ну да этот закон всем известен. Как известна и раввинская традиция – всегда пытаться помирить супругов, которые собрались разбить семью и разойтись.

Сначала все шло по плану. Муж рассказал о своих претензиях к жене, жена – о своих к мужу. Оба заявили, что продолжать свой брак они уже не могут. Ни сил нет, ни смысла.

Раввин, как водится, спросил их – оба ли согласны на развод? Они ответили, что да, согласны. И, пожалуйста, поскорей.

- А дети у вас есть? – спросил рав Меир-Симха.

- Да, есть. Один ребенок.

- А он согласен?

Те удивились. Вроде бы детей в таких ситуациях не спрашивают. По крайней мере, спрашивать их об этом не принято, да и что они могут сказать? Все равно их мнение мало что решает. Ну да, жаль детей, очень жаль, но и им будет лучше, если в некоторых случаях папа с мамой разойдутся, не правда ли?

Короче: нет, мы своего мальчика об этом не спрашивали.

Рав сказал: и очень зря. Приведите-ка его ко мне завтра.

Те согласились. И на завтра пришли с ребенком.

Взял раввин ребенка и посадил себе на колени. Сидит и молчит. И все молчат. Только один ребенок ничего не понимает, притих и вертит головой по сторонам.

И тут рав начал тихо причитать: бедный мальчик, скоро у тебя не будет ни мамы, ни папы. Скоро ты останешься один. Скоро придет беда.

Родители переглянулись: никак он нас хоронит?

А раввин продолжал свои причитания – и вдруг не в шутку заплакал.

Ребенок посмотрел на него и тоже заплакал. (Нет, что ни говорите совсем не педагогическая сцена. Вам любой социальный работник скажет, что так нельзя поступать. И учителя скажут, и воспитатели. Но, видно, у раввина из Двинска было свое мнение на этот счет.)

Итак, сидит старый раввин, а у него на коленях сидит маленький мальчик – и оба заливаются слезами.

Мама смотрела на них, смотрела – и тоже заплакала в голос. А там и папа достал платок из кармана и стал вытирать глаза.

Сидят все четверо и плачут не стесняясь.

Тут мальчик спрашивает раввина: а куда родители денутся, они умрут, да? Я их больше не увижу? Мы уже не будем вместе разговаривать, гулять, справлять субботу, плясать, как недавно все вместе плясали дома?

Рав сморкается и спрашивает сквозь слезы: а как вы плясали?

Ребенок, не переставая реветь, спускается с его коленей, подходит к маме, берет ее за руку – и говорит: вот так плясали.

Мама сидит на стуле, сын стоит рядом, держит ее за руку, раскачивает руку из стороны в сторону, показывает, как они обычно танцуют вместе.

- Только с мамой вы плясали? – спрашивает рав.

- Нет, и с папой тоже, – говорит ребенок и берет за руку отца, который сидит рядом.

Так он стоит между ними – а они сидят, взяв его за руки, и плачут. А он раскачивает их за руки. И сплошные рыдания вместо музыки.

- Нет, – говорит рав, – так не годится, это не пляска, а похороны. Приходите завтра, попробуем еще.

И они ушли.

А назавтра пришли и сказали, что передумали разводиться.

- Вот и отлично! – обрадовался рав. – Теперь можно и потанцевать по-настоящему.

И, взяв мальчика за руку, пошел танцевать под веселый нигун-напев. А мальчик тут же схватил за руку маму. (Вы когда-нибудь видели, чтобы раввин танцевал в одном кругу с женщинами?) А раввин взял за руку папу – и родителям ничего не оставалось делать, как взяться за руки – и так замкнулся круг – и стали они все веселей и веселей двигаться по кругу – а разгонял их смеющийся мальчик – и старый раввин не отставал – а так и кружился с ними в танце.

В этом момент и вошел ученик рава.

А если б не вошел, то не было бы нашего рассказа. О том, как раби Меир-Симха из Двинска мирил супругов, тем самым исполняя заповедь водворять мир между людьми.

(По книге ''??? ???? ?????'')

** **

Примечание

Написано (раздел Бехукотай, книга Ваикра 26:6): "И дам (установлю) мир в Стране". Эти слова произнес Всевышний после того, как уже обещал дать дожди вовремя и обильный урожай. Но сам отрывок, в котором приведены эти слова, начинается известной фразой (там же, 26:3 и далее): "Если в согласии с Моими законами будете идти и Мои заповеди соблюдать и исполнять, то дам вам дождь вовремя… и установлю мир в Стране".

Рамбан поясняет: "И дам мир в Стране", – буду способствовать тому, что между вами будет мир и согласие. То же самое "Ор-Ахаим": этот стих говорит не столько о мире с внешними соседями, сколько о мире между евреями. А именно: Всевышний поможет жить евреям в мире и внутреннем сотрудничестве.

Поясняют мудрецы: если внутри евреев царит мир – то и враги не нападут на них. И не надо беспокоиться о мире на границе. Но если евреи выступают друг против друга (спорят, скандалят, хотят развестись, обижают друг друга и делают прочие отвратительные вещи), то придут к ним с войной враги из-за границы. Почему придут? Потому что увидят, что таких евреев можно (ндБ) победить.

** **

Эта история рассказана на уроке "Благословение миром", который прошел на днях в прямой трансляции с сайта Толдот. Цикл уроков – "Еврейское поведение". Уроки идут по вечерам вторых дней недели (по понедельникам).

Приходите на наши уроки. Или смотрите их в записи. Буду рад каждому.))