Тысяча в мешке

В понедельник вечером Сегодня (в 19.30 по иерусалимскому времени, 29 ноября 2010 года) нашего сайта начнется прошел мой урок в прямом эфире. Назывался "Вернуть найденную вещь, которая принадлежит нееврею".

Копирую из своего конспекта, написанного к уроку, запись происшествия, участником которого был раби Элия Хаим Майзель из Лодзи (1821-1912).

К нему пришел еврей и рассказал жуткую историю. На днях он нашел на улице города мешок денег. Принес домой и пересчитал – в нем оказалась ровно тысяча рублей, сумма колоссальная по тем временам.

А на следующее утро прочитал в газете объявление: известный в городе богач даст сто рублей тому, кто вернет ему мешок с деньгами, который им потерян, а в мешке – тысячи рублей.

Понятно, что наш еврей обрадовался – вот, возможность заработать сто рублей. Тем более, что жил он, надо признать, весьма и весьма скромно.

Итак, явился еврей к тому богачу с мешком на спине – сам сияет сиянием праведника, ждет награду. Богач пересчитал – и вдруг говорит: "Но тут только одна тысяча! А где вторая? В мешке, я сам помню, было ровно две тысячи рублей". – И смотрит на еврея враждебно.

Тот начал лепетать и оправдываться, что, мол, возвращает все, что там было, что не взял себе ни копейки. Но богач – как принято у польских богачей – начал на него орать, обвиняя в воровстве. Ко всему прочему на крик сбежались его слуги-опричники весьма агрессивного вида.

Тут еврей понял, что лучше отказаться от награды и уйти живым и здоровым.

Но, увы и ах – его все равно крепко побили. А назавтра он получил повестку в суд. Вот такой поворот событий.

Так или иначе, пришел наш бедолага к раву Майзелю и стал жаловаться на поляков в частности и на свою жизнь вообще. Главным образом, конечно, на поляков, которые вместо благодарности угрожают ему судом и всяческими неприятностями. А все потому, уважаемый рав, что они все как один антисемиты. И вполне понятно, что судьи – тоже поляки – его осудят. Это стопудово!

"Ну, что они антисемиты, это ясно, – сказал рав Майзель. – Но знаешь ли ты, почему попал в такую неприятную ситуацию?"

"Почему?"

"Потому что изначально повел себя неправильно. Ты прочитал объявление и обрадовался возможности получить сто рублей, верно? В то время как должен был просто вернуть эти деньги – для освящения имени Творца, а не для собственной выгоды. Так написано у нас в Законе.

Но делать теперь нечего. Я знаю тебя как честного богобоязненного еврея. Ты на обман не пойдешь. Надо тебя спасать. Поэтому, передай своему адвокату, который будет назначен тебе судом, чтобы за день до суда пришел ко мне на раввинскую консультацию. Я скажу ему, что надо делать".

Так они и поступили. Пришел адвокат – и рав ему объяснил, как себя вести на суде.

На суде прокурор представил дело судейской коллегии. После чего судьи опросили участников – истца и ответчика. Каждый продолжал заявлять свое. Один – что в мешке было две тысячи, а вернули ему одну. Второй – что там была только одна.

Адвокат богача апеллировал к тому, что богач известен городу не только своим богатством, но также благородством происхождения и прочими вещами.

Тут слово взял адвокат обвиняемого. Он сказал, что никто не видел, сколько там было денег на самом деле, ибо богач свидетелей не привел. Но это дело поправимое. Поскольку истец человек благородного происхождения – то готов ли он поклясться, что там действительно было две тысячи рублей?

"Конечно!" – завопил богач. И, прежде чем кто-либо из присутствующих раскрыл рот, вскочил и дал клятву перед судом. Мол, пусть со мной будет так-то и еще два раза так-то, но клянусь, что в мешке было ровно две тысячи рублей и ни рублем меньше!

"Dobrze, doskona?a, bardzo dobry", – учтиво сказал адвокат и обратился к судьям:

"У меня, да и у большинства присутствующих в этом зале, я уверен, нет оснований сомневаться в честности и искренности этого пана благородных кровей и происхождения. Его слово, скрепленное клятвой аристократа, весит много. А поэтому остается ему поверить. Итак! Он потерял две тысячи рублей. Но наш еврей нашел только одну тысячу. И сомневаться в его честности тоже не приходится – ибо он ее доказал тем, что вообще принес эту потерю предполагаемому владельцу. Если бы он был вором, как утверждает наш вельможный пан, то, скорее всего, ничего бы не принес, логично?

Итак, наш господин потерял мешок с двумя тысячами, а еврей нашел другой мешок – только с одной тысячью. Вывод: это разные мешки!"

Лицо господина побелело, он закричал, что все это ложь, поклеп и вранье. Но судьям ничего не оставалось делать, как признать правоту адвоката ответчика.

К тому же тогда шла компания против антисемитизма – и судьи пытались выглядеть добропорядочными в глазах властей.

Еврея отпустили и даже отдали ему мешок с тысячью найденных рублей.

Но во избежание эксцессов со стороны дворни того богача рав Майзель посоветовал ему эти деньги все-таки отдать владельцу, – о чем тут же было написано в газетах под заголовками: "Еврей выиграл по суду – но проявил благородство!"

Насчет того, дал ли богач сотню еврею, ничего неизвестно.

** **

Приходите Спасибо, что приходили на урок. Если помните, там было еще море историй. А главное теория! На тему – почему надо отдавать находки неевреям, если в Талмуде ясно и четко написано (Бава-Кама 113b): "Воровство нееврейского имущества запрещено, но их потери разрешены"?

Всегда на свои уроки приглашаю всех, кого интересует Тора отношение законодательной части нашей Торы к неевреям.