Раби Яаков Исраэль Каневский — Стайплер

Этот отрывок из книги Великие Израиля публикуется с любезного разрешения издательства Швут Ами

Раби Яаков-Исраэль бар Хаим-Перец Каневский (Стайплер; Кеилот Яаков; 5659-5745 /1899-1985/ гг.) – один из духовных лидеров поколения.

Детство и юношество

Родился второго тамуза 5659 /1899/ года в украинском городке Горностапле (Горностаевке), в бедной хасидской семье. В семь лет лишился отца.

Учился в гомельской ешиве, возглавляемой одним из руководителей движения Мусар р. Йосефом-Юзлом Горовицем.

В начале первой мировой войны эта ешива была переведена в Гомель из г. Новардока (Новогрудка), который оказался прямо на линии фронта. Несмотря на то, что в суровых условиях военного времени ученики питались, в основном, хлебом и водой, ходили в лохмотьях, спали на лавках в городских синагогах, они занимались с удивительным увлечением. В конце 5676 /1916/ года, когда российские власти попытались призвать в армию всех студентов ешивы, достигших восемнадцати лет, Саба из Новардока рассредоточил несколько сотен своих учеников по различным городам Российской империи, создав там десятки филиалов ешивы. Приезжая в каждый из намеченных городов – Киев, Харьков, Ростов, Чернигов, Кременчуг, Москву, Саратов или Царицын, небольшая группа учеников объединяла вокруг себя наиболее одаренных еврейских юношей – в том числе, и из семей весьма далеких от Торы. Они усердно занимались днями и ночами, преодолевали все возникающие трудности и преграды, – в большинстве филиалов царила атмосфера высочайшего духовного подъема и самоотверженного служения (Р. Дов Кац, Тнуат амусар т.4, с.175-179).

Яаков Каневский занимался в филиале, созданном в украинском городе Кременчуге, а затем основал отделение ешивы в своем родном городе – Горностапле.

В среде знатоков Торы он стал известен под именем «илуй из Горностапля» или просто «Горностайплер» (позднее это имя превратилось в более короткое «Стайплер») (Энциклопедия левейт Исраэль т.18).

В Красной армии

В годы Гражданской войны двадцатилетний Яаков-Исраэль был принудительно призван в Красную армию.

Во все время службы он старался скрупулезно соблюдать шабат, кашрут и другие заповеди Торы. В дни, когда новобранцев привезли в Москву, ударили тридцатиградусные морозы. На складе Стайплеру выдали зимнее обмундирование – но он, опасаясь, что оно содержит шаатнез (запрещенную Торой смесь шерсти и льна), предпочел поменять его на летний комплект, в котором заведомо не было шерстяных нитей (Маасей авотейну, Кедошим; Hanoch Teller Sunset p.158-159).

Однажды в морозную субботнюю ночь ему выпало стоять в карауле. На время дежурства часовые получали особо теплый тулуп, который передавали дальше по смене. Заступив в караул, Стайплер увидел, что его предшественник повесил тулуп на сук дерева. Он решил продержаться хотя бы первые пять минут без тулупа, поскольку в шабат запрещено снимать вещи с дерева. Затем он решил потерпеть еще пять минут, потом еще пять минут… Утром, когда он сдавал дежурство, запорошенный снегом тулуп по-прежнему висел на том же сучке (Маасей авотейну, Бешалах; Sunset p.151-152).

Изучение Торы и арест

Демобилизовавшись из Красной армии, он продолжил изучать и преподавать Тору в системе ешив, созданной Сабой из Новардока. Вскоре последовал арест «за контрреволюционную агитацию», и около года Стайплер провел в заключении.

После освобождения он вновь попытался создавать ешивы и преподавать в них, но в 5682 /1922/ году, ощутив смертельную опасность, нависшую над его головой, нелегально перешел польскую границу и, достигнув г. Белостока, присоединился там к ешиве р. Авраама Яфена, зятя и духовного наследника Сабы из Новардока.

Племянник р. Авраама Яфена, р. Хаим Шмулевич вспоминал, что, посетив Белосток, он попросил главу ешивы показать ему самого выдающегося ученика. Р. Яфен указал ему на одного из студентов, пояснив: «Этот обладает самым глубоким пониманием Талмуда». Затем он указал на другого: «Этот посвящает занятиям больше времени, чем все остальные». Показав на третьего, он сказал: «Этот самый богобоязненный», про четвертого он заметил: «У этого самая широкая эрудиция» и т.д. Неудовлетворенный этими ответами, р. Шмулевич вновь попросил показать ему «самого выдающегося ученика». Тогда глава ешивы обратил его внимание на молодого человека, на которого не указывал при предыдущем перечислении. «Как же так! – удивился р. Шмулевич. – Как он может быть самым выдающимся, если уступает своим товарищам по всем важнейшим параметрам?!». Р. Яфен пояснил: «Этот юноша обладает могучим стремлением к истине – он добивается духовного совершенства упорнее, чем все остальные». Этим студентом был Стайплер (Маасей авотейну, Ваелех).

В Белостоке он написал свою первую книгу Шаарей твуна (Врата мудрости), посвященную анализу нескольких сложнейших талмудических проблем. Книга была издана в 5685 /1925/ году.

Это первое сочинение Стайплера произвело настолько сильное впечатление на р. Авраама-Йешаю Карелица (Хазон Иш), что он разыскал молодого автора и организовал для него шидух (сватовство), предложив ему в невесты свою младшую сестру Мирьям (Sunset p.160).

После женитьбы

После женитьбы, состоявшейся в 5687 /1927/ году, Стайплер стал ведущим преподавателем ешивы, расположенной в городке Семятыче, а затем возглавил ешиву в Пинске.

Обе эти ешивы входили в широкую сеть учебных заведений, созданных по всей Польше р. Авраамом Яфеном и другими последователями Сабы из Новардока. Все они назывались Бейт Йосеф (Дом Йосефа) – в увековечение памяти Сабы, р. Йосефа-Юзла Горовица (Тнуат амусар т.4, с.189).

В 5694 /1934/ году, следуя совету Хазон Иша, ставшего духовным лидером евреев Святой Земли, Стайплер совершил алию – он поселился рядом с Хазон Ишем в Бней-Браке, где возглавил ешиву Бейт Йосеф, основанную учениками Сабы из Новардока еще в 5689 /1929/ году.

Наряду с преподаванием в ешиве, Стайплер уделял особое внимание воспитанию своего сына Хаима. Он считал, что с первого дня жизни младенец должен покрывать голову кипой или другим головным убором. И так же с первого дня ребенку делали нетилат ядаим – омывали руки после пробуждения (Sunset p.175).

Едва Хаим научился говорить, Стайплер обучил его названиям всех трактатов Талмуда, а затем и большинства фолиантов, стоявших на книжных полках. По свидетельству очевидцев, полуторагодовалый мальчик с легкостью находил требуемые книги на стеллажах (Рав Авраам-Йеошуа Каневский Толдот Яаков с.72).

Руководитель поколения

После смерти Хазон Иша, последовавшей в 5714 /1954/ году, Стайплер стал его общепризнанным духовным наследником – тысячи людей со всех концов еврейского мира обращались к нему с алахическими вопросами, приходили за советом и благословением.

Очень часто к нему обращались по вопросам, связанным с воспитанием. Стайплер говорил: «Молодые люди переживают тяжелейшие духовные кризисы только потому, что в детстве им давалось чересчур много материальных благ». «Прежде, – пояснял он, – люди жили в постоянной нужде, дети получали сладости только раз в неделю, в шабат, – после того, как они демонстрировали, что хорошо знают все выученное за неделю. Игрушек практически не существовало. Дети видели, что заработок дается с большим трудом, и они были готовы к житейским трудностям. Сегодня дети знают, что немедленно получат все, что захотят, а сверх того, и некоторые другие вещи, о которых они даже не помышляли, – потому что родители чувствуют себя виноватыми, если еще не приобрели для своих детей все, что имеют дети соседей. Пока ребенок растет, ему постоянно твердят, что он самый смышленый и одаренный. …Он не привык к напряженному, настойчивому труду – и как только он сталкивается с первыми жизненными трудностями и обнаруживает, что не все в мире происходит так, как он хочет, и не все дается легко, он впадает в депрессию и, не дай Б-г, может докатиться до самого страшного состояния, – только из-за того, что в детские годы его избаловали» (там же с.237).

Работа над книгой Кеилот Яаков

В 5720 /1960/ году Стайплер оставил руководство ешивой, чтобы целиком сосредоточиться на работе над книгой Кеилот Яаков (Общины Яакова), ставшей основным трудом его жизни.

Эта многотомное произведение содержало аналитические заметки к большинству трактатов Талмуда. Книга получила высочайшее признание и является одной из самых изучаемых в мире знатоков Торы.

К своей работе над книгами Стайплер относился как к священнослужению, которое должно происходить в состоянии максимальной духовной чистоты. Каждый раз перед тем, как приступить к написанию своих аналитических заметок он окунался в очищающие воды миквы – при любой погоде и при любом состоянии своего здоровья. По его словам, именно в этом заключался секрет исключительного успеха всех его книг (Рав Авраам Горовиц Орхот Рабейну т.1,с.3).

Уникальный режим дня

На протяжении всей жизни, до глубокой старости, Стайплер следовал уникальному режиму дня – как правило, он занимался тридцать шесть часов подряд, не делая перерыва, и лишь затем позволял себе непродолжительный отдых (R. Dovid Silber Noble lives 1, p.151).

Являясь в глазах людей величайшим мудрецом и праведником поколения, Стайплер сохранил жесткую самокритичность и смиренное понимание ограниченности своих духовных возможностей.

В 5724 /1964/ году его друг главный раввин бельгийского города Антверпена р. Хаим Крайзвирт пригласил его на свадьбу своего внука. Стайплер ответил отказом, пояснив, что его появление на свадьбе могло бы привести к массовому осквернению Имени Б-га (хилуль Ашем) – ведь люди, которые никогда не видели его прежде, будут разочарованы, они станут с удивлением спрашивать друг у друга: «Неужели это, действительно, один из духовных вождей народа Израиля?!». «Моя способность к пониманию любого материала крайне ограничена, – писал он р. Крайзвирту в ответном письме. – Познавательные возможности моего интеллекта настолько проблематичны, что меня обескураживает любой вопрос, кажущийся простым для среднего знатока Торы. Моя память также слаба, и особенно теперь, в годы старости. Все это регрессирует с пугающей меня быстротой. …Часто ко мне обращаются выдающиеся мудрецы, которые считают меня «гаоном» и стремятся обсудить со мной сложнейшие проблемы Торы, – но я точно знаю, что они покидают мой дом глубоко разочарованными, обнаружив, что я не обладаю никакими познаниями, превосходящими их собственные. …И так же те, которые приходят ко мне, рассчитывая увидеть цадика (праведника), обычно разочаровываются, так как быстро убеждаются, что, в действительности, я самый заурядный человек. …Все это причиняет мне острую душевную боль – и не потому, что моя гордость уязвлена, …но поскольку это может привести, не дай Б-г, к осквернению Его Имени. Ведь люди могут подумать: «Если таков прославленный мудрец, то что уж говорить обо всех остальных знатоках Торы!». А если окружающие будут приходить к таким выводам, то это может нанести, не дай Б-г, значительный ущерб их богобоязненности» (там же p.151-152).

Живая связь с людьми

До последних лет жизни Стайплер сохранил живую связь с людьми – его письменный стол ежедневно заполнялся новой грудой писем и записок, в которых посетители излагали свои проблемы.

В самом начале лета 5742 /1984/ года, перед проведением операции “Мир Галилее”, к Стайплеру пришли два израильских военных пилота, недавно совершивших тшуву (возвратившихся к соблюдению законов Торы). Они обратились к нему с неотложным и совершенно секретным делом. На следующее утро, согласно боевому заданию, им предстояло уничтожить сирийские ракетные установки советского производства, размещенные глубоко на вражеской территории. По данным разведки эти ракеты усиленно охранялись: ультрасовременные радары, обслуживаемые советскими специалистами, фиксировали любой самолет, находящийся в двадцатикилометровой зоне вокруг них. Операция была назначена на восемь часов утра. Стайплер благословил летчиков и сказал, что в семь часов утра будет читать Псалмы во имя успеха их операции. Пилоты попытались поправить его, подчеркивая, что они вылетают на задание не в семь, а в восемь, но Стайплер настойчиво повторил, что будет читать для них Псалмы в семь часов. Незадолго до рассвета поступили дополнительные данные разведслужбы, и командование перенесло начало операции на один час вперед. В половине восьмого утра эскадра израильских истребителей благополучно возвратилась на базу – все цели были успешно поражены. Эта операция стала одной из самых славных и впечатляющих в истории израильских ВВС (Sunset p.168-169).

Р. Ицхак Зильбер, посетивший мудреца уже в последние годы его жизни, вспоминал, что более всего его «поразило светлое лицо Стайплера». «О силе молитвы Стайплера рассказывают чудеса; к нему все шли за благословением, и о его брахот рассказывают много больше, чем обо всех других», – отмечал р. Зильбер. По свидетельству р. Зильбера, Стайплер «был всегда краток, высказывался четко и ничего не смягчая, прямо в лицо» (Р. И. Зильбер, «Чтобы ты остался евреем» с.391).

Смерть

Гаон Яаков-Исраэль Каневский, Стайплер, умер двадцать третьего ава 5745 /1985/ года.

В похоронной процессии – к тому времени самой крупной в Бней-Браке – приняло участие около двухсот тысяч человек (R. Dovid Silber Noble lives 1, p.150).

Сын Стайплера, р. Хаим Каневский, стал одним из духовных лидеров следующего поколения евреев Земли Израиля.

автор текста: рав Александр Кац