"За мандрагоры твоего сына"

После Йеуды написано: "И прекратила рожать", перестала.
Сыновей, которых Леа должна была – по первоначальному плану – родить Яакову, она перестала рожать. Что называется, отрожалась.
Если должно было быть 12, то теперь на долю Рахели выпадало тоже 4, а остальных должны были произвести на свет служанки Била и Зилпа – по двое на каждую.
Дальше говорится, что первоначально так и пошло. Сначала Рахелина Била родила двоих, затем настал черед Леиной Зилпы.
И тут описание захватывающего соревнования перебивается рекламной вставкой вставной новеллой. О том, как Реувен, Леин первенец, пошел в поле в дни жатвы, и нашел чудесные мандрагоры (дудаим). Об их свойстве ничего не сказано, но из дальнейшего, из реплик диалога сестер (сейчас приведем), следует, будто мандрагоры способствуют рождению детей. Два варианта: возможно, это – растение (афродизиак?), и тогда, поев его, родишь от мужа – если он к тебе в эти дни придет. А возможно, это просто антураж, обладающий свойствами сгулы: ставишь у изголовья – и зачинаешь – опять-таки от своего мужа.
Так или иначе, Реувен нашел и принес матери. Та могла спросить: зачем? На что Реувен, скорей всего, ничего не ответил. Пожал плечами и ушел.
Сидит мать и думает: что за знак послан ей небом?
Употребить самой? – У нее уже есть все сыновья, которых должна была родить.
После размышлений пришла к единственному выводу: надо их отдать нерожающей Рахели. Это будет справедливым актом, поскольку именно она не выдала (не предала) сестру, которую вместо Рахели привели к Яакову ночью после свадьбы.
Добро за добро.
Но как отдать? Если прийти и просто подарить – это будет выглядеть как милосердие победителя. Нет, надо сделать так, чтобы та сама пришла и попросила у нее.
Задача не из трудных. И вот Рахель идет к Лее: Леа, дай мне мандрагоров твоего сына.
Леа понимала, что сказать: на, бери, – тоже никак нельзя. Такое великодушие страшнее надменности. Поэтому следует разыграть сцену. Возмущусь-ка: мало того, что моего мужа забрала, так еще мандрагоры моего сына возьмешь?!
Мизансцена, самая обычная в среде тех, кто воспитывался в доме Лавана-притворщика.
Ход Рахели. – Я не бесплатно прошу. За это возьми на сегодня нашего мужа.
Говорят, сколько раз приходил Яаков к Лее, столько раз она ему рожала. И знала Рахель, что, если сейчас Яаков придет к Лее, она снова родит – пятого. И тогда останется только 7. А это число на три не делится, а значит, есть вероятность, что она еще родит больше, чем каждая из служанок.
И Леа согласилась. Пришел к ней Яаков. Написано: и услышал ее Всевышний, и она зачала и родила пятого. Как и предвидела Рахель.
Что услышал Всевышний? – Он услышал намерение Леи помочь сестре. За это и наградил пятым сыном. Что касается Рахели, то за готовность торговать мужем была лишена возможности родить троих. Ибо Леа родила почти сразу и шестого.
** **
О том, что Леа первоначально должна была родить четырех (а не трех, как мы привыкли считать, осведомленные мидрашом), написал раби Залман Сороцкин (в своей книге אזנים לתורה). Там же он объяснил, почему после Иссахара у Леи родился Звулун. Что произошло потом, читайте в статье на Толдот.
Заодно (но сугубо по делу!) там приведена история про испуганного миллионера, бежавшего просить прощение у раби Натана Цви Финкеля. А также раскрыты некоторые подробности отношений Звулуна и Иссахара, которые, собственно, и выстроили те отношения внутри еврейского народа, что позволили нам не пропасть и выжить.
**
О мандрагорах немного здесь.