Стыдливость

В семье, допустим, читают за праздничным столом тексты. По очереди, главным образом дети. Причем детям это нравится, они показывают родителям, как они справляются с таким сложным заданием. И лишь один ребенок панически боится публичного чтения. Ему становится плохо от одной мысли, что сейчас на него все будут смотреть, что он находится в центре общего внимания, что он сейчас (ндБ) не справится, осрамится. И ведь знает, что никто смеяться не будет, что его тут любят, – а все равно бледнеет, как только очередь доходит до него.
Есть такая порода людей. Это даже не скромность, а просто врожденная стеснительность, стыдливость.

С возрастом они ее переборют. Или так и останутся тихими и пугливыми. Многое зависит от окружения.
Согласно Торе, трогать их и ставить в центр – а уж тем более, читать им нотации или смеяться – не следует. Нельзя даже призывать их к смелости. Все будет нормально, если не давить и не переламывать.
** **
Ничего тут нового нет. Но откуда сей воспитательный момент следует из Торы?
Прямой источник на эту тему открылся мне совершенно случайно. Завтра в Кирьят-Ноар у меня урок для мальчиков по недельному разделу ("Ки-таво"). Поэтому после субботней минхи открыл Книгу и стал читать.
Сообщается, что тому, кто принесет в Храм первые плоды своего урожая, надо будет поставить перед коэном корзину с плодами, а потом сказать: "Заявляю, что вошел в Страну, о которой Всевышний говорил нашим отцам". Когда же коэн возьмет корзину, надо продолжить: "Арамейцем был мой праотец", и дальше по тексту Торы.
Это я написал "продолжить". В самом тексте написано (Дварим 26:5): "Веани?та веама?рта????? ????? – Ответишь и скажешь".
Что еще за "ответишь"? На что ответишь?
Раши пишет: "Поднимешь голос". Т.е. всего-то надо сказать это громко. (Получается, что везде, где в Торе написано "отвечает", это означает "говорит громко", "провозглашает".)
Итак, громко возвестишь коэну[1]: "Мой отец был арамейцем" и т.д.
Сифтей-Хахамим поясняют (то же самое и Гур-Арье): ведь здесь никто ничего не спрашивает и ни к чему не призывает. Мол, а значит, незачем отвечать.
Правда, Ибн-Эзра пишет: возможно, его спросили коэны: что ты принес? (Вот, он им сейчас и расскажет, т.е. ответит.)
** **
И все бы хорошо. Но мы-то помним, что в предыдущем разделе ("Ки-теце") было такое же выражение.
Про бездетную вдову сказано, что, когда брат ее покойного мужа объявит, что не хочет брать ее себе в жены, она сделает следующее: подойдет к нему перед судьями, снимет с него ботинок, потом идет еще ряд действий, а затем (Дварим 25:9): "Веанта? веамр?а????? ????? – И ответит, и скажет". Один к одному те же глаголы[2].
А вот Раши на это место уже нет. Надо полагать, что и здесь – произнесет в полный голос, громко.
И никто ничего тоже не комментирует.
Хотя почему никто? Пишет Ор-Ахаим: (вдова) ответит – в том смысле, что брат ее умершего мужа только что сказал, что не хочет жениться на ней, вот она и отвечает ему несколькими действиями (ботинок и пр.), а потом говорит: "Так поступают с тем, кто" и т.д.
** **
Окей. Но я-то помню, что тут было что-то еще. Пока накрывали стол – уже ближе к исходу субботы – открыл книги. И нашел! В "Торат-Тмима" на это место приведен отрывок из Иерушалми[3]. И вот, что в том отрывке:
"Вначале любой, кто умеет читать, читал, а каждому, кто не умеет читать, читали. Начали отказываться приносить (первые плоды). Постановили, что будут читать всем по тексту Торы, а они будут отвечать (т.е. повторять текст за чтецом)".
Получается такая картина. Тора совершенно точно указывает, какие слова надо произносить перед коэном. Отклоняться от текста нельзя. Поэтому этот текст был написан, и его читали вслух. Кто читал? Тот, кто принес плоды.
Но читать на иврите умели не все. Или они стеснялись. Поэтому таким людям читали вслух, а они повторяли ("отвечали").
Поскольку многие усматривали в этом позор для себя – или просто испытывали смущение – и стали уклоняться от заповеди приносить правые плоды в Иерусалим – учителя постановили, что отныне будут читать всем без разбора – и умеющим читать, и не умеющим. Для этого нашли в Торе указание, намекающее на такое постановление, а именно слово "ответишь" – со значением "повторишь".
То же самое, между прочим, и в случаи вдовы, от которой отказывается деверь. Ей тоже надо произнести прямую цитату из Торы. И значит, надо ее прочесть. Но, поскольку не все вдовы умели читать, им читали судьи – а они повторяли вслух, громко (согласно Раши) и четко[4].
** **
А теперь возвращаемся к нашему стыдливому мальчику, который жутко боится прочесть несколько строк перед всеми.
Его не надо заставлять.
Как не заставляли наших предков, которым чтение вменялось в прямую обязанность.
Кстати, так живем и мы, взрослые евреи: нас вызывают к Торе, а читают за нас специальные чтецы. Заметьте, что при этом нас не спрашивают, умеем ли мы читать или нет. Различий никаких нет. Все равны – чтобы не стыдились те, кто не обучен сложному умению читать Тору по свитку[5] (и я в их числе[6]).


[1] Сейчас только увидел, что так и переводит "Мосад арав Кук": "возгласи". И в других местах, где стоит "отвечает", они переводят "возглашает". Чисто по Раши. По крайней мере, там, где я нашел.
[2] "Мосад арав Кук": и возгласит, и скажет. Я бы немного изменил: и возгласит, сказав.
[3] ?????? ?''? ?''?.
[4] Похоже, что в любом случае, когда Тора приводит прямую речь (не о чем ты скажешь, а что ты скажешь), происходило чтение по записи.
[5] Знаю миньяны, где каждый из вызываемых к Торе, читает сам, без чтеца. Но не бывает миньяна (не должно быть), где кто-то читает за себя, а кто-то прибегает к помощи чтеца. Всегда правило одно для всех.
[6] Но мои зятья это делают с легкостью и удовольствием. Недаром во всех миньянах их охотно приглашают в хазаны, в том числе для чтения Торы перед всеми. О как! Да и сыновья мои не в пиштане на цэмере родились.

Нажимая на «Нравится» или «Поделиться ссылкой», вы выполняете заповедь распространения Торы!

blog comments powered by Disqus